Цены на лекарства в России за последние пять лет выросли в два раза — в среднем с 207 до 416 рублей за упаковку. Это подсчитали аналитики DSM Group.
В аптеках быстро дорожают сердечные средства, обезболивающие и против ОРВИ. Часть импортных препаратов и вовсе исчезла с прилавков.
Минздрав, подводя итоги 2025 года, заявил, что цены на препараты из списка жизненно важных выросли всего на 4,2%, то есть ниже уровня инфляции. Однако, по данным Росстата, который отслеживал цены на 19 наиболее популярных лекарств, средний рост составил больше 8%.
Рост цен на лекарства бьет прежде всего по пенсионерам. Прибавку к пенсиям съела инфляция, а наиболее востребованные препараты — сердечно-сосудистые и эндокринологические — подорожали больше всех. Например, корвалол за пять лет стал дороже более чем в два раза. Та же динамика у ряда препаратов для гипертоников.
По словам Андрея Кашкарова из НМИЦ им. Алмазова, кардиопрепараты и БАДы — стабильные хиты аптек. Они приносят сетевую прибыль, тянут цены вверх и наносят ущерб нишевым лекарствам. Но власти, по словам эксперта, реагируют слишком медленно. Даже при выявлении явно завышенных цен расследования ФАС тянутся долгие месяцы, а то и больше года.
Тем временем некоторые востребованные лекарства исчезают с рынка: гормональные и неврологические средства, для регулирования мозгового кровообращения и т. п. По данным «Лиги пациентов», в 2025 году из государственного реестра лекарственных средств выпало около десятка позиций, а в аптеках отсутствовали до 90 известных препаратов. Президент «Лиги пациентов» Александр Саверский объяснил журналистам: «Производители работают по коммерческой логике, а не по госзаказу. При снижении прибыли они просто сворачивают выпуск, как это было когда-то с преднизолоном».
В этом году в дефиците оказались инсулины иностранного производства и ряд импортных антибиотиков. Их поставки осложнились из-за проблем с логистикой и сертификацией. Что остается? Выбирать дженерики, то есть отечественные аналоги оригинальных препаратов. Например, венгерская но-шпа стоит 327 рублей, а ее российский аналог дротаверин — 94. Другое дело, что дротаверин человек возьмет только в безвыходном положении: качество не то. Доморощенные технологии очистки ингредиентов могут снизить эффективность дженерика на 30-50%, зато побочку увеличить вдвое.
По словам главы Минздрава Михаила Мурашко, доля отечественных препаратов на рынке достигла 70%, а в системе ОМС — 85%. Импортозамещение в действии? Куда там! Эксперты отлично знают, что не более 20% препаратов производятся в России с нуля. Остальные — из зарубежных субстанций. А после начала СВО и западных санкций пришлось переходить на индийское и китайское сырье. Это помогло России избежать коллапса в лекарственной сфере, но не решило проблем с качеством и ассортиментом.
ФАС ежегодно возбуждает дела о картельных сговорах и недобросовестном продвижении лекарственных торговых марок. В 2024 году регулятор поймал за руку и оштрафовал поставщиков, которые завышали цены на онкопрепараты и инсулины. Но фармкомпании лоббируют свой продукт не мытьем, так катаньем — через бонусы медучреждениям. Врачи рекомендуют принимать препарат того производителя, с которым в доле.
Лекарства становятся все менее доступными и по цене, и по ассортименту. Поскольку власти предпочитают реагировать на вызовы в самом крайнем случае, а не вырабатывать долговременную стратегию, то фармотрасль рискует превратиться в аптеку для избранных, где нужный препарат станет роскошью, а не средством спасения миллионов.